Мнения добрых людей

Нам всегда везло на друзей, у нас всегда были совершенно замечательные друзья. Их всегда было немного, но, наверное, друзей и не бывает много. Зато это такие друзья, которыми можно гордиться.

Священник Георгий Кочетков

Протоиерей Павел Адельгейм († 2013)

Священник храма свв. Жен Мироносиц г. Пскова, исповедник веры. Специалист в области экклезиологии и каноники. Член Попечительского совета СФИ

Мы познакомились в 70-х в Москве, я тогда жил в Средней Азии и в Москве бывал редко. Мы встречались на катехизической беседе о. Георгия. Помнится, меня привёл Паша Бусалаев. Но, возможно, познакомились ещё раньше. Это было время деятельной молодости в трудных условиях. Жизненный подвиг о. Георгия увенчался очевидным успехом. Возрождение церковной жизни совершается человеческими усилиями, оплодотворёнными Духом Святым.

 

«Справедливо изречение: «один сеет, а другой жнёт». Жнущий получает награду и собирает плод в жизнь вечную, так что и сеющий и жнущий вместе радоваться будут» (Ин. 4:36–37). Бог благословил труд о. Георгия. Он создал уникальную общину, организовал с ее помощью институт, который показал уровень христианского просвещения и богословской науки и заслужил мировое признание на конференциях и соборах.

 

В конце 80-х власть развязала руки христианам, и многие сеятели вышли сеять. Возможность открылась для всех, но осуществить её довелось по-разному. О. Георгий начал основное дело, которое заповедал Господь, как свидетельство любви пастыря к Богу: «паси овцы Моя». О. Георгий сеял – и сеял, просвещая и строя духовную жизнь паствы.

 

В советской России это был непроторённый путь, отягощённый многими скорбями, давно описанными апостолом Павлом, но по-прежнему актуальными: «много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратиями, в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе. Кроме посторонних приключений, у меня ежедневно стечение людей, забота о всех церквах. Кто изнемогает, с кем бы и я не изнемогал? Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенялся? Если должно мне хвалиться, то буду хвалиться немощью моею. Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословенный во веки, знает, что я не лгу» (2Кор. 11:23–31).

 

Конечно, восстанавливал он и храмы, но на этом пути успеха не стяжал, как это принято в обычной практике МП: восстановил один храм – отняли, восстановил другой храм – отняли, восстановил третий храм – тоже отняли, и самого запретили в священнослужениии – «беды от лжебратий»! О. Георгий не упал духом и продолжал делать, что мог. Божье благословение сопутствовало ему по-прежнему. Рядом с ним всегда оставалась община верная, многочисленная, просвещённая и собранная вокруг Христа.

 

О. Георгий несомненно относится к харизматическим священнослужителям. Сила его слова в личном даре духа. Его слово значимо прежде всего потому, что именно он его произнёс. В слове открывается его личность, оставляя след и свет общения. Для Церкви наиболее значима евхаристическая община – местная церковь, которая являет в себе Тело Христово и связывает воедино своих чад Духом и Таинствами. Об этом говорит Господь Иисус Христос в беседе с апостолом Петром: «Симоне Ионин, любишь ли Меня больше, чем другие? Паси овцы Моя». Это первая заповедь Христа пастырю.

 

Вторая заповедь: «Шедшее в мир весь, проповедуйте Евангелие всей твари». Обе заповеди о. Георгий выполняет с успехом. Для общества оба служения имеют безусловное значение: это соль, предохраняющая его от гнили. Это дрожжи, заквашивающие тесто, «пока вскиснет всё». Когда христианские нравственные принципы исповедуются не из ханжеской необходимости спрятать свои похоти и злые дела за образы святых подвижников, а с искренней верой в их достоинство и значение, общество оценивает их красоту и власть над сердцем. Они открывают путь к преображению общества.

 

«Вы – свет миру, вы – соль земли», – сказал Христос Своим ученикам, убеждая нести в мир свет Евангелия и закваску добрых дел. Важнейшая социальная задача Церкви – быть для общества нравственным ориентиром, духовным авторитетом.

 

Учиться у о. Георгия можно мудрости, с которой ему приходится двадцать лет вести свой церковный корабль между Сциллой и Харибдой. Можно учиться верности избранному пути и терпению, несмотря на иногда непреодолимые трудности. О. Георгий привлекает к диалогу всех, кому это интересно. На его форумах православные и инославные высказывают мнение по догматическим, религиозным и социальным вопросам.

 

Участники многочисленных встреч высказывают разные позиции. Каждого выслушивают со вниманием. Это и есть соборная жизнь церкви, наполненная уважением к личности, её мнению и праву, независимо от социального или иерархического положения. В ней очевидно внимание к Человеку, слышен дух Христов, чуждый насилия и отзывающийся на зов человеческой души.

 

Открытость служения заповедал апостол Павел: «Будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести. Для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; для чуждых закона – как чуждый закона, – не будучи чужд закона пред Богом, но подзаконен Христу, – чтобы приобрести чуждых закона; для немощных был как немощный, чтобы приобрести немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых. Сие же делаю для Евангелия, чтобы быть соучастником его» (1Кор. 9:19–23).

 

Трудно быть столько лет маяком и стоять в качестве образца жизни и веры для паствы по завету: «Образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою» (1Тим 4:12). Трудно быть светильником, поставленным на подсвечнике, чтобы светить всем, кто в доме. Трудно быть солью земли. Но... «не может город укрыться, стоя на вершине горы» (Мф. 5:13–15).

 

2009 год

Сергей Аверинцев († 2004)

Профессор, филолог-классик, византинист, библеист. Член Попечительского совета Свято-Филаретовского института, член Преображенского братства

Вообще говоря, человек типа о.Георгия – человек воли и действия прежде всего, без остатка и без оглядки сосредоточивающий все свои усилия на нескольких проблемах момента, на таких, которые вообще-то всем вокруг заметны, которые обсуждаются в разговорах умных людей, а для него – суть не темы разговоров, а немедленные задачи.

 

Человек такой напряженной горячности – неизбежно однодум – для многих нелегок. Hа о. Георгия сердились и сердятся самые различные люди, отнюдь не только такие, чей голос слышен ныне. Отец Георгий неприемлем и для интеллигентского желания уединить и обособить себя в анонимном переживании литургии, и для устремления к тотальному осовремениванию языка богослужения...

 

Hу что же, может быть, и вправду наличие таких деятелей для церкви – трудно и небезопасно. Hо все дело в том, что их отсутствие гораздо опаснее! А людей действия совсем немного, в России их почти нет, и которые есть уходят известно в какие дела. Для церкви сегодня не может быть принципа более гибельного, более безнадежного, чем известная советская максима «всякая инициатива наказуема».

 

О.Георгий – человек волевого типа. Hо для меня нет утверждения более странного, чем слова г-на Дворкина насчет «гуруизма». Весь опыт моих разговоров с отцом Георгием – разговоров, которые отнюдь не похожи на заседания «общества взаимного ублажения» – убеждают меня в противоположном. Мне десятки раз приходилось заявлять мои замечания на его переводческие опыты по его просьбе и просить его о его замечаниях на мои переводческие опыты. И расхождения по множеству конкретных частностей никогда не создавали психологических проблем: с обеих сторон была готовность слушать и быть выслушанным, вовсе не торопясь соглашаться.

 

Что до прихожан, что до клеймимого нынче как сектанство, сектантский дух психологического обострения приходской спаянности, так ведь это воспитано не катехизаторскими занятиями отца Георгия, а тем долговременным давлением, которому приход подвергался. Само по себе желание не нарушать верности и солидарности, человеческой и приходской, трудно с какой бы то ни было точки зрения назвать предосудительным: если это уйдет, то все уйдет. Hо если и оно, положим, по слабости человеческой, как можно было бы сказать в каком-то хорошем аскетологическом труде, способно впадать в эксцессы, так не надо вводить людей в искушение!

 

Из интервью на радио Би-Би-Си 1 ноября 1997 года

Протоиерей Ливерий Воронов († 1995)

Профессор Ленинградской духовной академии, исповедник веры, участник Псковской миссии

Протоиерей Ливерий Воронов и отец Георгий Кочетков были знакомы еще со времен учебы о. Георгия в Ленинградской духовной академии. Именно о. Ливерий предупредил тогда о. Георгия о том, что над тем «сгущаются тучи». В середине 1990-х гг. (около 1994-1995 гг.), когда уже совер­шилось изгнание из Владимирского собора и это дело полу­чило широкую известность, о. Ливерий на одной из конференций в Санкт-Петербурге расспрашивал о. Георгия в автобусе, на котором ехали участники конференции, обо всем, что тот делал в приходе и в братстве. Выслушав все, он все поддержал и благословил.

 

Из воспоминаний о. Георгия:

И он обо всём спрашивал меня, причём никаким образом внешне себя не проявляя, когда я честно и очень подробно отвечал на все его вопросы. Он спрашивал, например, а правда ли, что про это говорят так вот, а вот про это – эдак. И смотря на его лицо, я не мог понять, не разразится ли он сейчас осуждающими словами.

 

Но я его уважал и думал: независимо от того, как он это оценит, я должен сказать ему, что у нас есть в реальности. Он спрашивал вплоть до богослужебных деталей. Например, а как вы читаете Евангелие, как вы проповедуете, как читается тайная молитва, как завеса, открыты ли царские врата, а как ведёте оглашение, как вы проводите агапы и детскую работу. Всё спросил, что он только мог слышать о нас. И потом он сказал: «Это прекрасно, это замечательно, я всей душой благословляю вас. На всё». Это было очень важно. Для меня это было неожиданностью, уверяю вас, ведь это не было заранее известным итогом.

 

1994-95 гг.

Никита Струве

Профессор, главный редактор «Вестника РХД», член Попечительского совета СФИ

Наши расхождения с Патриархом начались в связи с бессрочным (!) запрещением, которое постигло о. Георгия Кочеткова и двенадцать его сотрудников без какой-либо фактической серьезной причины. К этому времени окружение Патриарха заметно изменилось не в лучшую сторону (был удален честнейший Борис Борисович Вик). Я спросил Патриарха, в чем же о. Георгий провинился, но он только мне ответил: «Он – гордый». – «В таком случае, – сказал я, – стольких нужно было бы запретить, начиная с Вашего посетителя».

 

Через год, так как запрещение все длилось, я снова при очередном посещении поднял этот вопрос, умоляя о снятии запрещения. И даже в пылу сказал: «Я готов встать перед Вами на колени...» Тут Патриарх встрепенулся и вскочил со своего кресла, умоляя этого не делать. А на прощание все же сказал: «Пожалуйста, ко мне еще приходите». Но этому визиту суждено было стать последним. У Патриарха начались недомогания, болезни, мне казалось неловким его беспокоить. Запрещение, нас разделившее, было в конце концов снято после положительного заключения Богословской комиссии...

 

Вестник РХД, 2009 год

 

Деятельность, которую вел и ведет о. Георгий, войдет в историю Русской церкви в наши дни, потому что он прошел через такие испытания и эти испытания выдержал как мало кто смог, не поддавшись на «уходы» куда-нибудь (а я знаю, что даже очень умные люди ему советовали уйти под другое начало). Думаю, что сейчас он пожинает плоды своего многотерпения. Как говорил Бернанос, «пострадать за церковь – это еще пустяки, а вот пострадать от церкви – это что-то значит». Но это нелегко. Это настоящий подвиг, который нас вдохновляет и будет вдохновлять. Отец Георгий сумел пострадать от церкви, не озлобившись, не отойдя от нее. И сейчас нажим противников уже поослаб, что позволяет еще и еще плодотворнее работать.

 

сентябрь 2009 года

Протоиерей Леонид Кишковский (США)

Заместитель главы Отдела внешних связей Православной церкви в Америки

Для меня это огромная духовная ра­дость – молиться сегодня в вашем храме вместе с вами...

Все мы в Америке, православные, ощущаем глубочайший долг перед Русской Православной Церковью за дар Православия...

Я хочу вам передать, что покойный приснопамятный прото­пресвитер Иоанн Мейендорф, который был у вас, познакомился с вами, мне рассказывал с громадным интересом, с большой любовью, с глубокой симпатией о той духовной работе, которую делаете вы здесь вместе со своим пастырем...

Когда сегодня приезжаешь в Россию из Америки и стоишь в таком храме, как этот, вместе с вами и молишься вместе с вами, то чув­ствуешь всю силу победы Христова Воскресения, потому что и этот храм, и вся Российская Православная Церковь, и весь народ были по­гребены – и вот, теперь воскрешаются....

 

23 января 1993 года

Ольга Седакова

Филолог, поэт, прозаик. Член Попечительского совета СФИ

Наследниками С.С. Аверинцева, как ни удивительно, стали не его коллеги-гуманитарии, а православное мирянское движение «Преображенское содружество малых братств», основанное священником Георгием Кочетковым. Это движение – совершенно новое явление в нашей церковной традиции, и вместе с тем в нем продолжается то, что начиналось в Серебряном веке и продолжалось в парижском Христианском студенческом движении.

 

Среди многих отличительных черт Преображенского содружества (в Москве центр его составляет Свято-Филаретовский православно-христианский институт, а «малые братства» располагаются во многих городах европейской России и в Сибири) – глубокое почтение к культуре, отечественной и мировой, во всей ее сложности, и большое внимание к тому, что называется вызовами современности.

 

Ежегодные конференции, которые проводятся в Свято-Филаретовском институте (на них съезжается не менее тысячи представителей малых братств со всей страны, приглашаются самые интересные люди светской современной культуры и богословы из других стран) каждый раз предлагают своим участникам значительные для церковной и общественной жизни темы. В частности в 2011 году, конференция была посвящена теме служения в Церкви и обществе.

 

Признаюсь, нигде больше я не встречала такого открытого и заинтересованного общего обсуждения поставленных тем. Здесь готовится и уже происходит новая встреча светской культуры и Церкви, так необходимая нашей современности.

 

22 февраля 2012 г.

Протоиерей Сергий Гаккель († 2005)

Ученый, историк церкви. Редактор и ведущий религиозных программ Русской службы Би-би-си. Член Попечительского совета СФИ

Мне радостно служить в этом храме по­тому, что у вас служится так ясно, чисто и просто, на хорошем русском языке. Я извиняюсь, что приехал сюда с чужим языком, упо­треблял не только английский язык по просьбе вашего настоятеля, но и до некоторой степени чужой славянский язык. Мне жалко было в этой среде употреблять его. Я его люблю, но он все-таки в некото­рой степени отделяет всех нас от того, что мы хотим сказать, от того, что мы хотим услышать.

 

А сегодня, слушая эти прекрасные слова, которые никак не портятся от того, что они переводятся на русский язык, вникая в них, мне было молиться как-то легче и проще, чем обычно.

 

Я думаю, что и мать Мария сама бы очень со­чувствовала этому вашему прекрасному начинанию. Мать Мария всегда стремилась находить самый существенный, самый простой и прямой подход к Богу и Спасу нашему, Который, конечно, в свое время молился не на каком-то изысканном языке, а на своем родном языке, арамейском..., который был для Него наиболее приемлемым.

 

Непонятный язык богослужения мешает обратиться неподготовлен­ным. А для России это особенно важно, потому что столько людей сейчас приходят в храм впервые, ожидая там найти себя, понять, как жить, как относиться к Богу и ближним. И вдруг они встре­чают в церкви непонятные слова. Например, священник призывая их быть более внимательными, возглашает: «Вонмем». Как им по­нять, что именно это означает?..

 

Я чувствую, что здесь возобновляется церковная жизнь. Это символ возобновления всей церковной жизни России. Скромность убранства скорее помогает, чем мешает вашему служению. И это, конечно, очень соответствует облику матери Марии, которая устраивала свои служ­бы в самых простых условиях и в Париже, и в других местах...

 

Я выучу русский язык, чтобы служить так же, как и вы. А пока я не уверен в правильности своего русского произношения, и потому был вынужден служить на славянском языке.

 

25 июля 1992 года

Митрополит Сурожский Антоний († 2003)

Епископ Русской православной церкви, митрополит Сурожский. Проповедник, автор многочисленных книг и статей о духовной жизни

 

Обращение митрополита Сурожского Антония к прихожанам храма Успения Пресвятой Богородицы в Печатниках:

Я с большой радостью встретил сегодня отца Георгия. Я о нем слышал многое, переписывался, но теперь я его знаю в лицо. Это настоящая встреча, и это большая радость. То, что он мне рассказал о вашем приходе, меня глубоко тронуло и очень обрадовало.

 

Приход у вас живой, творческий, и он миссионерский, не в смысле захвата чужих душ, а в том смысле, в котором миссия нам была предложена Христом – поделиться с другим той радостью и тем чудом жизни, которые представляют собой встречу со Христом и соединение с Ним, сначала верой и молитвой, а потом и таинствами. Дай вам Бог крепнуть, углубляться, расти и светить всем вокруг вас, и верующим, и неверующим, ибо свет Христов просвещает всех.

 

Информационный листок братства «Сретение» № 13(53), ноябрь 1996 г.

Архимандрит Августин (Никитин)

Доцент Санкт-Петербургской Духовной академии, член Попечительского совета СФИ

Отец Георгий выделялся на фоне однокурсников [в Ленинградской духовной академии] своей эрудицией, блестящими работами и «полемическим» стилем – вопросы, дискуссии. Знаете, есть такие типы характеров – интроверты, замкнутые на себя, и экстраверты. Так вот, он был экстравертом, который обращен к окружающим, и это удачно сочеталось с миссионерством. Уже тогда он, видимо, руководствовался словами апостола, который сказал: «Горе мне, если я не благовествую».

 

Я думаю, что его приходская деятельность, когда он еще служил в храме Успения в Печатниках, отличалась тем, что вокруг его прихода собиралась техническая интеллигенция – те, кто трудно воцерковляется, – у них рациональный тип мышления, их отталкивало от других приходов незнание церковнославянского языка, неприятие обрядоверия. И вот тут, приходя в храм, они слушали доступное живое слово, служба шла на русском языке.

 

Неслучайно вокруг храма о. Георгия сложилась община, в которой очень много людей «технического» склада ума. И если бы эта деятельность не была остановлена – мы знаем по каким обстоятельствам – то она получила бы дальнейшее развитие. Ведь могло бы быть так, что, скажем, в одном приходе служат на церковнославянском, в другом приходе, скажем, у о. Георгия, служат на русском.

 

Но тем не менее община осталась, «верный остаток» исчисляется сотнями человек, тысячами человек. По слову преп. Серафима Саровского: «Стяжи Дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся».

 

Когда начались гонения (не побоюсь этого слова), среди гонителей были влиятельные церковные деятели, но я думаю, большую роль сыграло то, что в то тяжелое время община выстояла, то, что и Никита Алексеевич Струве морально поддержал общину. … И когда, не без его помощи, проводились блестящие богословские конференции, когда о. Георгий уже занял определенные позиции, завоевал авторитет, то те гонители, которые его обкладывали, как говорится, «как волка красными флажками», поняли, что их имена останутся в истории не со знаком плюс. И тогда начали засылать своих «ходатаев» с такими фразами: «Хватит нам уже ссориться, пора делать общее дело». (Это он, получается, с ними ссорится!) Так что история все расставляет на свои места.

 

Что же касается этих тяжелых лет, которые о. Георгий должен был пережить, приходит на память некая параллель с биографией Иосифа Бродского. Когда его отправляли в ссылку, Анна Ахматова сказала его друзьям: «Нашему рыжему они делают биографию». Вот так же эти гонители «сделали биографию» о. Георгию.

 

2009 год

Александр Архангельский

Журналист, телеведущий

Я очень хорошо помню, как я в первый раз увидел о. Георгия. Это было в 1990 или 1991 году на конференции в Киеве, тогда еще не отделившемся, но уже готовом внутренне к отделению. Приехал он туда вместе с А.М. Копировским, и я знать не знал, кто такой о. Георгий – батюшка и батюшка, один из всех. Но с первого слова, которое он произнес, – а говорили мы, кажется, о русской философии, во всяком случае, такая тема тоже поднималась – стало ясно, что говорит не просто человек знающий, понимающий, но пропустивший все это через себя как личную проблему.

 

Наверное, эта черта и осталась главной чертой о. Георгия: он исповедует веру не как набор правил, а как личное дело жизни. И это ощущение – что вера есть личное дело твоей жизни и тем самым общее дело спасения всех – передается каждому, кто о. Георгия видит, кто с ним общается и кто присутствует при его служении.

 

2009 год

Архимандрит Зинон (Теодор)

Иконописец. Лауреат Государственной премии России

 

Из письма архимандрита Зинона (Теодора) в комитет по Государственным премиям:

Милостивые государи!

Известие о присуждении мне Государственной премии было для меня полной неожиданностью. Я никогда не предполагал, что мое незначительное служение иконописца станет известным в культурных сферах и получит столь высокую оценку. Искренне признателен вам за ту большую честь, которую вы мне оказываете, но я монах, и мои потребности во всех отношениях очень небольшие, поэтому прошу перечислить эти деньги на счет общины храма Успения в Печатниках в Москве, где настоятель священник Георгий Кочетков.

 

Духовный опыт этой общины необходим сегодня нашей Церкви, так как это попытка как можно более полно совершать миссионерское служение в современном мире, а именно миссия, свидетельство и есть главное назначение Церкви. Я уверен, что пройдет немного времени, и опыт этой общины станет определяющим в жизни Русской православной церкви, которая, несомненно, обладает большими творческими силами, но которые по разным причинам еще не могут проявиться в полноте. Помочь этой общине я считаю своим долгом, так как их дело сегодня более необходимо Церкви, чем мое, потому что Церковь – это прежде всего люди, сердца которых просвещены словом Истины!

 

1995 год

Жорж Нива

Профессор, член Попечительского совета СФИ

Хотелось бы пожелать отцу Георгию продолжения его неимоверной энергии религиозной, интеллектуальной, личной, которая столь полезна тем, кто его слушает, кто идет за ним и даже тем, кто не особенно его слушает. Эта энергия нужна обществу и церкви. Так что – долгого, богатого продолжения этого служения. И спасибо ему за это.

 

2009 год

Оливье Клеман († 2009)

Профессор Свято-Сергиевского богословского института в Париже. Член Попечительского совета СФИ

Сегодня нет Вос­тока и Запада, есть только Христос. Как отслужена евхаристия здесь – это великий пример для всех нас, православных христиан. Здесь я чувствую действительное возрождение России. Я вспоминаю, что говорил один современный епископ: «Вера – это сердце мира. Мир отвергает это сердце, забывает его». То, что происходит здесь, – это зародыш великого Света и Неба для Русской Церкви, для Рос­сии, для всей Православной Церкви, для всего христианского мира. И из этого зародыша всё в один момент может измениться, преоб­разиться – культура и общество. Мы угадываем черты будущего, мы угадываем черты... природу вещей в праздновании, которое было у нас сегодня... Я благодарю вас, братья и сестры, за ту огромную ра­дость, которую я почувствовал, которую я возьму с собой. Сегодня потребуется огромное мужество, чтобы работать, чтобы служить в Церкви.

 

14 мая 1992 года

Протоиерей Иоанн Конюхов († 2000)

Клирик Тульской епархии, исповедник веры

Я в Туле встре­тился с дорогими друзьями. Эти дорогие друзья напомнили мне о том, что Вы, досточтимый о. Георгий, работаете, трудитесь на пользу и богословской науки, и святой Русской Православной Церкви. Верю, что Вы будете живы, здоровы, и дело, которое вы начинали, не умрет. Я истинный Ваш поклонник и друг! Да процветает Ваша община!

 

И верю, что придет время, и те неразумные люди, которые сегодня мешают не только Вам, а всем христианам, всем, кто жаж­дет Xриста, изменят свою политику, «и будет едино стадо и един пастырь». Да хранит Вас Бог, да хранит Вас Матерь Божья, да хранит великую общину Вашу. Я этот храм знаю, потому что в том храме, где Вы последнее время проповедовали, я тоже был и тоже слу­жил, и тоже ушел со скорбью из этого храма. Но Господь так сделал, что я верю, что этот храм снова будет процветать. И община, ко­торая собралась вокруг Вас, будет жить, процветать, радоваться и прославлять имя Xристово. Я – искренний ваш друг, престарелый, 90-летний отец Иоанн Конюхов.

 

ок. 1998 года

Сергей Юрский

Актер и режиссер театра и кино, писатель. Народный артист России. Лауреат Государственной премии. Член Попечительского совета СФИ

Он для меня громадной силы, громадного влияния деятель духовной культуры. Я бы сказал, что не так много соединителей людей на базе духовного их существования, таких как отец Георгий Кочетков. Если говорить о достижениях, то все юбилеи, которые сейчас сошлись, – и его 60-летие, и недавно прошедшая круглая дата СФИ, и дата первого братства, которая зародила все остальные братства, – все это может быть названо: основатель – отец Георгий Кочетков.

 

2010 год

Игумен Петр (Мещеринов)

Насельник Данилова монастыря г. Москвы

В 1994 году по храмам и монастырям Москвы носили адресованные Священноначалию нашей Церкви письма, призывающие к расправе с двумя московскими священниками – о. Георгием Кочетковым и о. Александром Борисовым. Будучи тогда неофитом и увлечённым общей «волной», я подписал эти письма. Уже много лет я жалею об этом своём поступке и раскаиваюсь в нём.

 

Я имел возможность лично извиниться перед о. Александром Борисовым, а о. Георгию Кочеткову приношу свои запоздалые извинения на этих страницах. Настоящей заметкой я публично объявляю о том, что снимаю свою подпись под вышеозначенными письмами.

 

При этом считаю необходимым сказать, что я продолжаю оставаться несогласным как с отдельными теоретическими взглядами о. Георгия, так и с некоторыми практическими методами его катехизической работы. Но прошедшие годы убедили меня в том, что спорные вопросы в Церкви должны решаться соборно и этично – открытой дискуссией в духе Христовой любви, а не посредством доносов. И противопоставлять деятельности, кажущейся кому-то неприемлемой, нужно свою положительную деятельность, а не замалчивание проблем и подмётные письма.